|
|
|
|
|
|
||||||
|
Перспективы безопасности и мира в Закавказье и в его геополитическом окружении Выступление
РАФФИ К. ОВАННИСЯНА Закавказье имеет особое геополитическое значение в контексте возобновившейся “большой игры” за экономическое и политическое влияние в бассейне Каспийского моря и в Центральной Азии. Три региональные державы: Россия, Турция и Иран граничат с Закавказьем; и у каждой из них свои жизненные стратегические интересы. Для достижения своих целей они могут без труда обострить этнические и социальные конфликты, расширить географическую и экономическую уязвимость и напомнить о болезненном наследии прошлого – несправедливости. В результате, до тех пор, пока кто-то выиграет в большой игре, или же в период затишья, обещание новой эффективной системы безопасности и мира для всех трех государств Закавказья будет оставаться туманным. Точно не определен богатый энергетический потенциал Азербайджана, а также неразрешена проблема переброски нефти из Каспийского бассейна на Западные рынки, так как возникает еще одна неразрешенная проблема перспектив развития турецких транспортных нефтяных путей. Между тем, мы можем наилучшим образом служить несиюминутным интересам закавказских народов, а также содействовать региональной и международной безопасности, пресекая злодейские прецеденты. Для этого мы должны постепенно разрешить внутренние этнические и социальные разногласия, сгладить углы: очевидные болезненные географические, экономические и воздержаться от актуализации проблемы исторической несправедливости. Для прекращения этих разрушительных процессов в Закавказье особое значение имеет нормализация турецко-армянских отношений. Необходимо отметить, что все три государства должны быть вовлечены в процесс принятия существенных решений по проблемам Закавказья. С распадом Советского Союза началось соперничество за право влияния в Центральной Азии. Однако, в силу своего географического положения, Закавказье стало играть судьбоносную роль в решении проблемы, кто будет контролировать пути транспортировки центрально-азиатской нефти, какими путями она дойдет и дойдет ли до Запада. Москва, исходя из своих экономических и стратегических интересов, предлагала российские пути. Чтобы ограничить влияние России в постсоветский период, Запад начал искать альтернативные пути. Поэтому Запад поддержал Турцию, предложившую использовать свои пути. Кроме того, Запад даже не обсуждал иранский вариант, естественно, понимая, что единственный путь, по которому нефть может пройти по территории Турции, минуя Иран, пролегает через территорию Армении или Грузии. Итак, началась борьба за влияние в Закавказье. Противоборствующие в локальных конфликтах стороны зачастую играли роль наместников в этой самой крупной битве за влияние в Закавказье и контроль над путями транспортировки нефти. Конечно, Закавказье и без внешнего вмешательства является взрывоопасной зоной. Когда ослабела железная рука Москвы, вновь возникли конфликты по старым линиям разлома: в Нагорном Карабахе, Абхазии и Южной Осетии. За пределами Закавказья Россия борется против своего чеченского населения; Турция – против курдского населения, а кое-кто в Турции и Азербайджане начали готовить идеологическую почву для азербайджанского восстания в Северо-Западном Иране. Внешняя поддержка правительств и движений за самоопределение расширила границы конфликтов в Грузии, Азербайджане и Чечне. Эта поддержка реализовывалась по разным сценариям. Региональные державы поставляли оружие, обеспечивали военную переподготовку, вели разведку, оказывали политическое и экономическое содействие, иногда направляли воинские контингенты. Создавшаяся ситуация свела на нет усилия по достижению согласия в деле разрешения проблемы выбора пути транспортировки нефти и экономической интеграции региона. Кроме конфликтов, возникших в связи с проблемой самоопределения, все три государства Закавказья географически уязвимы: на них давлеют региональные державы. И Армения, и Грузия, и Азербайджан прекрасно осознают, что региональные державы при желании могут ощутимо затруднить их участие в международной торговле. Более того, попытки экономических санкций вынуждают политических лидеров государств Закавказья отказаться от разработки независимой политики. Если мы должны создать в Закавказье новую и совершенную подсистему безопасности и хотим иметь альтернативные пути транспортировки азербайджанской и каспийской нефти, необходимо проявить конструктивный подход к региональным конфликтам, а также к экономической и географической “хрупкости” республик Закавказья. Для эффективности подобных усилий Запад должен содействовать полноценному участию не только России и Турции, но и Ирана. Независимо от политической ориентации и внутриполитического выбора Москвы, Россию можно рассматривать в качестве равноправного партнера в регионе и поощрять - для продолжения ее конструктивной роли в Закавказье. Посредством новой формулы необходимо достичь такого тонкого политического равновесия, которое позволит надеяться на стабилизирующую силу России, и в то же время позволит избежать возврата к ее имперскому прошлому. До тех пор, пока Европа всерьез не возьмет на себя политические и экономические обязательства в отношении государств Закавказья, возврат к прошлому вполне реален. Необходимо побудить Турцию к примирению с призраками прошлого и установлению мира со всеми соседями. Для этого Анкара должна однозначно и окончательно пресечь раздающиеся в стране призывы к турецкой экспансии в Закавказье и Центральной Азии. У Турции есть законные и жизненные интересы в регионе, однако не следует ожидать того, что население расположенных на восток от нее новообразовавшихся государств променяет кремлевское имперское наследие на новоиспеченный турецкий колониализм. Исламская Республика Иран состоит в добрососедских отношениях с христианской Арменией и единоверным Азербайджаном. Позиция Тегерана относительно проблемы конфликта в Нагорном Карабахе нейтральна. К чести Тегерана, он противостоял всем попыткам вовлечь его в конфронтацию. Иран постепенно следует рассматривать не только в качестве сдерживающей и уравновешивающей силы в региональных и международных отношениях, но и в качестве обязательного участника двусторонних и многосторонних инициатив, направленных на создание мирной, процветающей и безопасной политической среды. Для того, чтобы устранить географическую, экономическую изоляцию и уязвимость государств Закавказья, Запад должен помочь в развитии и финансировании альтернативных путей сообщения. Эти пути станут к тому же и препятствием, которое не позволит попыткам извне давлеть на правительства, действуя на них посредством осложнения экономических факторов, приводящих к социальным взрывам. В то же время, наличие этих коммуникаций пресечет попытки зарубежных стран оказывать давление на правительства. Суть этих попыток в создании социальных конфликтов на основе экономических трудностей. Учитывая стратегическое значение республик Закавказья и возможность превращения этих республик в арену региональной дестабилизации, Запад должен попробовать разработать для них, с привлечением России, Турции и Ирана, новый план Маршалла. Эти страны относительно небольшие по территории и численности населения, но обладают большими природными и людскими потенциалами. Они могли бы ускоренно развиваться при условии, если Запад возьмет на себя серьезные обязательства по перестройке и развитию региона. Относительно скромными затратами возможно обеспечить процветание Закавказья, что крайне благоприятно отразится на региональной безопасности и мире. Обращение к конфликтам в Закавказье, возникшим вокруг права на самоопредение, выявляет еще более трудную проблему. В ряде конфликтов региональные державы, преследуя свои стратегические цели и оказывая политическую, экономическую и военную поддержку той или иной стороне, только способствовали их усугублению. Кроме этого, мягко говоря, безрезультатным было эмбарго на поставки вооружения и, в целом, неэффективной оказалась дипломатическая деятельность. В настоящее время, поскольку региональные державы продолжают бороться за свои стратегические интересы в Закавказье, перспектива разрешения локальных конфликтов остается призрачной. В какой-то мере причина этого кроется в неспособности мирового сообщества разрешить противоречие между основными концепциями: сохранением территориальной целостности и правом на самоопределение. Несмотря на то, что обе концепции зафиксированы в документах международных и региональных организаций, в реальности, однако, они иногда сталкиваются. Международное сообщество не смогло рассмотреть в отдельности и по существу каждый конкретный конфликт, возникший вокруг проблемы самоопределения. За исключением нескольких, отдельно взятых и абсолютно исключительных случаев, мировое сообщество, как правило, отдает предпочтение концепции территориальной целостности. Подобный подход только продлевает конфликт и наносит ущерб миру и исполнению высшего правосудия международной безопасности. В Карабахском конфликте народ Нагорного Карабаха завоевал и отстоял на полях сражений свое право на самоопределение. Вот уже несколько лет, как он de facto живет независимо. Но поскольку международное сообщество не считается с его правом на самоопределение, Азербайджан не чувствует себя обязанным делать шаги в направлении к миру. Международная поддержка Азербайджану, основанная на приоритете концепции сохранения территориальной целостности, убедила Азербайджан в том, что он может, в случае разочарования в эффективности международных посреднических усилий, как и ранее, для разрешения конфликта обращаться к военным действиям. В итоге, Карабахский конфликт продолжает оставаться основным дестабилизирующим фактором в Закавказье, главным препятствием в разработке нефтяных месторождений в Азербайджане и строительстве турецкого нефтепровода для транспортировки нефти из бассейна Каспийского моря. Пока Запад не нашел реалистичного подхода к разрешению противоречия между концепциями территориальной целостности государств и права наций на самоопределение, конфликты, нанизанные на эту ось, по-прежнему будут являться важным рычагом в арсенале борющихся в “большой игре” держав-соперниц. Армения во многих случаях играла роль спускового крючка на политической арене Закавказья. Это определение касается и проблемы транспортировки каспийской нефти. В регионе Армения выделяется этнической однородностью и низким показателем внутренней нестабильности. Армения оказала действенную поддержку армянам Арцаха на их пути к самоопределению. Тем не менее, геополитическая значимость Армении для соперничающих в регионе держав, в первую очередь, обусловлена тем, что она географически отделяет Турцию от Азербайджана. Исторически так сложилось, что граница между Арменией и Турцией постоянно изменялась и, как правило, уменьшалась; к тому же она проходила в том месте, откуда Турция пыталась проникнуть в Азербайджан, в тюркоязычные регионы юга России и Центральную Азию. Для России эта граница была плацдармом, отражающими турецкое проникновение. В свою очередь, Иран также рассматривал Армению в качестве буфера, сдерживающего расширение турецкого влияния вдоль своих северных границ и в Иранском Азербайджане. Не ограничиваясь значимостью возрожденной исторической вражды, турецко-армянская граница в Центральной Азии стала одной из линий фронта, в начавшейся снова “большой игре”. В связи с напряженными отношениями между Турцией и Арменией, сведены к нулю надежды на прокладку нефтепровода для транспортировки каспийской нефти на Западные рынки. Турция причастна к блокаде Армении и дислоцировала многочисленные воинские контингенты вдоль армянской границы. Несмотря на сокращение числа серьезных пограничных инцидентов, оба государства до сих пор не установили дипломатических отношений. Фактически, Армения и Турция являются заложниками истории. Избегая попыток противостоять этой истории, в Закавказье они периодически будут оказываться в противоборствующих лагерях И, таким образом, при каждом удобном случае, станут соучастниками провоцирования региональных конфликтов и расколов. Следовательно, геноцид армян в начале века породил взаимное недоверие между Арменией и Турцией, которое продолжает угрожать региональной и европейской безопасности. Турция не в силах представить себе Армению, которая однажды может потребовать репараций и возврата территорий. Армения не может доверять Турции, которая не признает факта геноцида, демонстрирует силу и угрожает. Геноцид неоднократно фигурировал и в контексте Карабахского конфликта. Армяне Арцаха, будучи не в состоянии победить призрак геноцида и опасаясь полного истребления, создали независимую республику. В то же время Турцию не оставляет в покое ее прошлое: она переживает ужас и боится за свою собственную территорию, будучи свидетельницей того, как армяне возвращают перешедшие в свое время под азербайджанское управление территории. В этом смысле конфликт между Нагорным Карабахом и Азербайджаном стал биопатологическим стимулятором турецко-армянского взаимного страха. Это символическое дерево страха питается корнями, глубоко вросшими в память о Геноциде. Если Турция и Армения не будут бороться и не победят это наследие, их взаимоотношения, а, следовательно, и интересы региональной и европейской безопасности станут заложниками этого наследия. На примере Германии середины века кажется маловероятным, что Турция без международного давления обратится к своему собственному отвратительному прошлому. Не имеющая выхода к морю, находящаяся в блокаде и остро нуждающаяся в турецких транзитных путях Армения, в свою очередь, на официальном уровне попыталась не затрагивать проблему геноцида. Армения лелеяла надежду на то, что нормализация экономических отношений в дальнейшем создаст благоприятную почву для политического урегулирования. Между тем, уклонение от проблемы только углубило взаимное недоверие сторон. За пять лет, прошедших со времени установления армянской государственности, связи между двумя странами постоянно были напряженными. Западно-европейские и американские политики сознают необходимость нормализации обстановки в регионе. Они периодически прилагают большие усилия к тому, чтобы способствовать этой нормализации. Тем не менее, эти усилия были обречены на провал, поскольку они игнорировали наследие геноцида как источника взаимного недоверия между Турцией и Арменией. Мировое сообщество не может достичь прогресса в деле урегулирования армяно-турецких взаимоотношений до тех пор, пока продолжает считаться с болезненной реакцией Турции на геноцид. Первый шаг в длительном процессе нормализации предполагает вынесение этой проблемы из недр международной политики на повестку дня, пересмотр требования официального признания геноцида армян и поощрения Турции к совершению подобного шага. С другой стороны, неоспоримым является основной аргумент в пользу международного признания геноцида. Если Запад по-новому отнесется к признанию Геноцида, то исчезнет противостояние своему прошлому в Турции и Армении, уничтожится взаимное недоверие, а урегулирование взаимоотношений обеспечит фундамент, заложеннный на законах чести и порядочности. В этом смысле ключевую роль играют Соединенные Штаты, Великобритания и Франция, в свете их официальных, но невыполненных обещаний, данных армянскому народу во время и после геноцида 1915 года. Принимая во внимание причастность кайзеровской Германии к армянской трагедии, Бонн также несет особую ответственность в деле урегулирования взаимоотношений между Турцией и Арменией. Тем не менее, если эти государства не изменят свою политику по отношению к официальному признанию армянского геноцида, Турция и Армения останутся заложниками прошлого, и их взаимоотношения будут по-прежнему играть решающую роль дестабилизирующего фактора в Закавказье. Таким образом, безопасность Центральной Азии и бассейна Каспийского моря обусловлена укреплением мира и утверждением безопасности в Закавказье. Однако сегодня перспективы мира и эффективность региональной системы безопасности зависят от способности международного сообщества создать механизмы вовлечения трех региональных действующих лиц – России, Турции и Ирана – в обсуждение этой важнейшей проблемы региона. Запад должен претворить в жизнь более серьезные обязательства по развитию альтернативных путей сообщения, экономической интеграции и развития закавказских государств. Международное сообщество должно найти новый и прогрессивный подход к Карабахскому конфликту. И наконец, открыто обращаясь к проблеме геноцида армян, оно должно способствовать реальной, а не загримированной нормализации отношений между Турцией и Арменией. Каждый из этих шагов требует мужества и осмотрительности, а от многих на Западе – и отказа от прошлых предрассудков. Во всяком случае, являясь неотъемлемыми составляющими совершенно нового комплекса, они своими совместными усилиями будут в значительной мере способствовать установлению вожделенного мира и безопасности в Закавказье.
|
|
|||||||
|
||||||||
|
|
